постарался настроиться на нужный лад и представить себя уборщиком.
Из здания появились две пожилые дамы.
– Только-только прибрал на тротуаре, – сказал им Холлис, – а кто-то уже взял и намусорил в коридоре.
– Сколько на свете невоспитанных людей, – сказала одна из дам, а вторая придержала дверь, пока Холлис проталкивал ведро.
Холлис с улыбкой кивнул им, и пожилые дамы отправились по своим делам. «Уборщик» постоял несколько секунд на месте и направился к лифтам. Один из них открыл двери, и Холлис в одиночестве доехал до восьмого этажа. Квартира Майкла находилась в самом конце коридора.
В квартире напротив могли сидеть люди Табулы, наблюдая за коридором через дверной глазок, поэтому Холлис сразу приготовился соврать. «Мистер Корриган платит мне, чтобы я тут убирался. Да, сэр. Я прихожу сюда раз в неделю, сэр. Как так мистер Корриган пропал? Он не заплатил мне за целый месяц!»
Открыв дверь ключом Габриеля, Холлис осторожно вошел в квартиру. Он приготовился к драке, однако никто ему навстречу не выскочил и нападать не стал. В комнатах оказалось жарко и пахло пылью. На кофейном столике лежал выпуск «Уолл-стрит джорнал» двухнедельной давности.
Холлис оставил ведро со шваброй у двери и направился в спальню. Там он уселся возле телефона и, достав маленький диктофон, набрал номер Мэгги Резник. Дома ее не оказалось, но Холлис в любом случае не собирался говорить с самой Мэгги. Он был уверен, что Табула прослушивает оба телефона. Как только заработал автоответчик, Холлис включил диктофон и поднес его к телефонной трубке.
– Мэгги, привет. Это я, Гейб. Я собираюсь уехать из Лос-Анджелеса, попробую пересидеть где-нибудь в другом городе. Спасибо тебе за все. Пока.
Холлис выключил диктофон. Положил телефонную трубку. Быстро вышел из квартиры и повез ведро со шваброй вдоль коридора, нервно оглядываясь по сторонам. «Все нормально, – думал он – не так уж это оказалось сложно. Главное, не забывать, что я все еще уборщик».
Когда лифт спустился на первый этаж, Холлис вышел и кивнул молодой паре с кокер-спаниелем. В следующий момент открылась входная дверь, и в дом вбежали трое наемников Табулы. Выглядели они как трое переодетых полицейских. На одном джинсовая куртка, а двое других оделись малярами. Кисти рук у маляров были обмотаны полотенцами и запачканными краской тряпками.
Наемники проскочили мимо Холлиса, и он невозмутимо направился к дверям. До выхода оставалось всего пять футов, когда распахнулась дверь в помещение бассейна, и появился пожилой латиноамериканец.
– Эй, в чем дело? – спросил он Холлиса.
– На пятом этаже кто-то пролил пакет клюквенного сока. Я только что все вытер.
– В утреннем отчете про сок ничего не написано.
– Да его только-только пролили.
Холлис уже был у самого выхода и потянулся к дверной ручке.
– И вообще, это ведь обязанность Фредди. У кого ты работаешь?
– Меня недавно нанял…
Не успел Холлис договорить, как почувствовал за спиной какое-то движение. Через секунду ему в поясницу уперлось жесткое дуло пистолета.
– Точно, – подтвердил другой, – и он еще не закончил.
За спиной у Холлиса стояли двое наемников, переодетых в маляров. Они развернули «уборщика» и подтолкнули его обратно к лифту. Человек в джинсовой куртке подошел к администратору и стал что-то объяснять, показывая какие-то официальные бумаги.
– В чем дело?
Холлис старался выглядеть удивленным и напуганным.
– Заткнись, – прошептал один из наемников. – Попробуй мне только пикни.
Холлис и двое маляров вошли в лифт. Перед тем как закрылась дверь, в кабину заскочил человек в джинсовой куртке и надавил кнопку восьмого этажа.
– Ты кто такой? – спросил он Холлиса.
– Том Джексон. Я тут уборщиком работаю.
– Нечего нам лапшу вешать, – сказал невысокий маляр. – Тот парень тебя знать не знает.
– Меня всего два дня назад наняли.
– Какая фирма тебя наняла? – человек в куртке.
– Я с мистером Ригелом разговаривал.
– У тебя про название фирмы спрашиваю.
Холлис отступил немного в сторону, чтобы уйти от дула пистолета.
– Простите, сэр. Честное слово,