Почему?
— Потому что… — Я примолкла. Не могла объяснить это такому человеку, как Джейсон. — Нет, она меня не возьмет.
— Думаю, ты ошибаешься. К тому же считаю, что выбора у тебя нет.

6

«Бабы-яги», о которых говорил Джейсон, жили в северном крыле. Они были близняшками из Владивостока. Звали их Светлана и Ирина. Джейсон повел меня к ним на заходе солнца, когда немного отпустила жара. Они были в комнате Ирины, готовились к работе в клубе. Девушки были почти неразличимы: обе в черных леггинсах и бюстгальтерах из тонкой эластичной ткани. Очень высокие, упитанные, с сильными руками и мускулистыми ногами. Было видно, что они много времени проводят на солнце, волосы у них были длинные, густые, с перманентной завивкой. Единственное отличие заключалось в том, что Ирина была золотистой блондинкой, а Светлана — жгучей брюнеткой. На кухонной полке я заметила в выцветшей розовой коробке черную краску для волос. Они посадили меня на табурет перед маленьким туалетным столиком и забросали вопросами.
— Ты знаешь Джейсона? Знала раньше?
— Нет. Я встретила его сегодня утром.
— Сегодня?
— В парке.
Девушки переглянулись.
— Быстро работает, да? — Светлана прищелкнула языком и подмигнула мне. — Пострел.
Девушки предложили мне сигарету. Мне нравилось курить. В больнице меня научила девушка с соседней кровати. Курение позволяло чувствовать себя взрослой, но денег на сигареты не было. Я взглянула на сигаретную пачку в руке Ирины. Ногти у нее были покрыты кроваво-красным лаком.
— Я не смогу дать тебе ничего взамен.
Ирина прикрыла веки и выпятила губы, словно поцеловала воздух.
— Это не проблема. — И снова помахала передо мной пачкой. — Нет проблем. Возьми.
Я взяла одну сигарету, и некоторое время мы курили, поглядывая друг на друга. Если бы их волосы не были разными, я не отличила бы Светлану от Ирины. Глаза у них были самоуверенными, как и у некоторых моих университетских сокурсниц. Должно быть, я казалась им очень странной: сидела, скорчившись на табурете, словно узел с грязным бельем.
— Ты собираешься здесь работать?
— Нет, — сказала я. — Они меня не возьмут. Светлана щелкнула языком.
— Не глупи. Что тут трудного? Это же легко — все равно что конфетку съесть.
— Секс?
— Нет! — Они рассмеялись. — Никакого секса! Ты, конечно, можешь заниматься сексом на стороне. А здесь мама-сан и слышать об этом не хочет.
— Тогда что вы делаете?
— Делаем? Делать ничего не надо. Надо разговаривать с клиентом. Зажигать ему сигарету. Говорить, что он великолепен. Класть лед в его чертов напиток.
— О чем вы говорите?
Они переглянулись и пожали плечами.
— Надо, чтобы он чувствовал себя счастливым, надо, чтобы ты ему понравилась. Заставь его смеяться. Ты ему понравишься без проблем, потому что ты английская девушка.
Я посмотрела на свою тяжелую черную юбку, купленную в сэконд-хэнде. Первоначальная ее обладательница помнила, должно быть, корейскую войну. Черная блузка на пуговицах обошлась мне в 50 пенсов в магазине «Оксфам» на Харроу-роуд, а колготки были толстыми и непрозрачными.
— На.
Я подняла глаза. Светлана протягивала маленькую золотую косметичку. — Что?
— Накрасься. Мы выходим через двадцать минут.
Двойняшки умели вести одновременно два разговора. Они держали телефонную трубку у уха, не выпуская из зубов сигареты. Говорили с будущими посетителями.
— Вы собираетесь прийти сегодня, да? Без вас я буду сабишиnote 24.
Во время разговора девушки подкрашивали брови, втискивались в блестящие белые брюки, надевали серебряные босоножки на немыслимо высоких каблуках. Я молча на них смотрела. Светлана в бюстгальтере долго стояла перед зеркалом, подняв над головой руки. Придирчиво проверяла гладкость подмышек. Она посоветовала мне надеть что-нибудь золотое, чтобы выглядеть поярче.
— Тебе нужно выглядеть утонченной. Хочешь, дам поносить свой пояс? У меня золотой пояс. Черный и золотой — хорошее сочетание!
— Я буду глупо выглядеть.
— Тогда возьми серебряный, — сказала Ирина.
Я старалась на нее не смотреть. Она сняла лифчик и стояла топлесс возле