ему на это:
– Будьте осторожны.
– Джим, нас осаждают подобные поганые мутанты. Посмотри, что они сделали с Флоридой.
– Номер, возможно, украден с другой машины. Это может завести вас в тупик, – ответил Джим, погруженный в свои мысли.
– Они превращают Флориду в помойную яму. Одни из них с пистолетами, другие с портфелями... но все они, черт побери, преступники.
– Борьба с вредными насекомыми.
– Мы делаем то, что можем.
– Будьте осторожны, капитан.
При этих словах губернатор выдал одну из своих голливудских улыбок, которые в свое время помогли ему победить на выборах. А Джим Тайл отпустил его. Позволил губернатору начать охоту на человека в черном джипе.
И джип этот в настоящее время мок под дождем на стоянке перед мотелем «Парадиз Палмс». Патрульный насчитал внутри джипа три фигуры, две из которых, как он надеялся, были Сцинк и Бонни Лам.
Его внимание привлекла темная тень возле дороги.
Высокий человек в костюме торопливо шел по обочине шоссе № 1. Его пошатывало, но он смело двигался навстречу проносившимся мимо машинам. Человек резко вздрогнул, когда в лицо ему ударил свет фар бензовоза.
И Джим Тайл ясно увидел покалеченную челюсть.
Патрульный наблюдал, как человек свернул к мотелю, прошел под яркой вывеской и подошел к джипу, наклонившись затем к стеклу автомобиля. А потом незнакомец обошел джип, открыл дверцу со стороны водителя и залез в машину. Из выхлопной трубы джипа вырвался дым, замигали тормозные габариты.
– Ну, здравствуй, – промолвил Джим Тайл и завел двигатель.

* * *

Кусака выводил джип со стоянки, рассказывая при этом, что случилось с Авилой.
– Этот идиот сиганул прямо с моста... вы бы видели... эй! Эй, какого черта...
Повсюду начали мелькать яркие огни, они отражались в лужах, на стенах мотеля кораллового цвета, на листьях пальм.
Кусака переключил скорость на нейтральную.
– Гребаные легавые!
– Не может быть! – воскликнула Иди. Но она понимала, что Кусака прав.
Фигура в сером приближалась к джипу. Кусака опустил окошко. Это был патрульный полицейский, здоровый черномазый сукин сын. Свою патрульную машину он поставил под углом, загородив выезд со стоянки.
Мозги Кусаки, одурманенные алкоголем и транквилизаторами, заработали лихорадочно. Боже милосердный, маму и папу хватил бы удар, узнай они, что меня повязал черномазый легавый. Особенно маму.
Кусака быстро прикинул, в чем тут может быть дело. Та баба, патрульная, наверное, осталась жива либо прожила достаточно долго, чтобы дать описание джипа. А может, и его самого.
Значит, этот черномазый легавый явился по его душу.
Кусака понимал, что после всего случившегося надо было избавиться от джипа. Конечно, загнал бы его в ближайший канал, и концы в воду. Но – ох, Господи – как же ему нравилась стереосистема в джипе! Реба, Гарт, Хэнк-младший, никогда еще они не звучали так приятно. Всю свою жизнь Кусака мечтал иметь машину с приличными динамиками. Поэтому и оставил ворованный джип из-за отличной стереосистемы... а теперь вот пришла расплата за это.
Здоровый черномазый гребаный легавый шел по стоянке, вынимая на ходу револьвер.
Одноглазый похлопал Кусаку по плечу.
– Сдавайся, шеф.
– Что?
– Что слышал.
– Нет, – пробормотала Иди Марш, – выкрутимся.
Кусака велел ей заткнуться. Он схватил с сиденья револьвер, высунул его в окно, выстрелил и каким-то образом умудрился попасть патрульному прямо в центр грудной клетки. Полицейский с шумом грохнулся на спину.
– Спокойной ночи, ниггер, – пробормотал Кусака.
Сцинк оцепенел. Бонни и Иди закричали. Кусака включил скорость и резко рванул с места.
– Вы видели это? – воскликнул Кусака и радостно заржал. – Один выстрел, один легавый ниггер! Вот это да-а-а! С одного выстрела!
Лежавший в багажнике джипа Августин приподнялся на колено, прижал к плечу приклад дротикового ружья и прицепился в шею Кусаки. К его удивлению. Сцинк обернулся и прижал его снова к полу.
В эту же секунду заднее стекло джипа разлетелось вдребезги.
Выстрел застал Кусаку в тот момент, когда он сосредоточенно пытался объехать патрульную