бормочет он. — Может, ее родители и богаты, но им еще и страшно.
Так Фрэнк меняет тему. Он не желает спорить и чувствует, что Саманте этого тоже не хочется.
— Извини.
— Ничего.
Красный меняется на зеленый.
В «Старбаксе» полно студентов-одиночек, парочек, держащихся за руки в перерывах между глотками кофе, и одиноких мужчин, прикрывающихся газетами и тайком посматривающих на женщин за соседним столиком. Фрэнку и Саманте удается отыскать угловую кабинку, где можно поговорить более или менее приватно.
— Возьми мне что-нибудь без кофеина, — просит она.
— В кафетерии?
Фрэнк улыбается и, прежде чем подойти к кассе, ставит на стол свою сумку. Потом решительно и уверенно пересекает зал и говорит кассирше что-то такое, от чего та начинает хихикать. Саманта наблюдает за ним со смешанным чувством желания и зависти. Ее всегда восхищали его легкость и апломб в обращении с незнакомыми людьми. Восхищали, но в то же время вызывали беспокойство и неловкость. Общение нужно заслужить. Общение — не пустая болтовня в очередях и кафетериях. Оно требует времени. Требует не только слов и улыбок, но и чего-то большего. Фрэнк расплачивается, и кассирша снова хихикает.
Интересно, думает Саманта, какой ее видят Фрэнк и другие мужчины в этом зале? Усталая женщина в мешковатых тренировочных штанах и потертом свитере? Или в замаскированном бесформенной одеждой теле есть нечто манящее, соблазнительное?
Фрэнк возвращается к столику, а она вдруг робеет и, чтобы чем-то занять руки, поправляет все еще влажные и липкие от пота волосы. Я выгляжу, должно быть, просто ужасно, думает она. Фрэнк ставит перед ней чашку кофе.
Не желая думать ни о том, как выглядит, ни о том, что он сказал кассирше, Саманта спешит перейти к делу:
— Так что там с этой пропавшей женщиной?
Ее резкость заметно выбивает Фрэнка из колеи, лишая уверенности и добавляя неловкости всей ситуации. Достав из сумки папку, он протягивает Саманте две фотографии и начинает рассказывать о Кэтрин Анне Вебер. Тон у него теперь серьезный, почти профессиональный.
— Еще месяц назад Кэтрин работала адвокатом в департаменте полиции Дарема. На этой должности она находилась более двух лет, занимаясь в основном делами, связанными с насилием в семье и жестоким обращением с детьми. Работала, судя по всему, хорошо. У нее много друзей, а ее родители живут в Роли.
Пока Фрэнк рассказывает, Саманта рассматривает первую фотографию. На снимке молодая женщина в компании друзей в каком-то классном баре. Они что-то празднуют — счастливы быть здесь, счастливы быть вместе. Лучезарно улыбающаяся Кэтрин стоит в середине. Рук не видно — обнимает соседок. Высокая, с изящной фигурой.
— Она взяла небольшой отпуск и отправилась в гости к подруге по колледжу в Мемфис, штат Теннесси, но через пять дней пропустила обратный рейс. Подруга отвезла Кэтрин в аэропорт, даже проводила ее на посадку. Десять минут спустя Кэтрин сделала два звонка по карточке — первый на свой автоответчик, второй — еще одной подруге в Боулдере, штат Колорадо. Потом взяла напрокат машину и поехала в Канзас-Сити, где остановилась в мотеле «Лаки-8». Поздним вечером следующего дня Кэтрин прибыла в Боулдер. По словам проживающей там подруги, Кэтрин сообщила лишь, что приедет на следующий день.
На втором снимке Кэтрин сидит на берегу озера и задумчиво смотрит на воду. Наверное, она даже не подозревала, что ее фотографируют. У нее замечательное лицо с милыми пропорциональными чертами. Короткие черные волосы подчеркивают нежность светлой кожи. «В такую женщину может влюбиться любой мужчина, — думает Саманта. — Интересно, не случилось ли это и с Фрэнком?»
— Ровно три недели назад она покинула Боулдер и отправилась — мы проследили по кредитным карточкам — в Калифорнию: переночевала в мотеле в Солт-Лейк-Сити, где несколько раз заказывала выпивку и оплатила обед за двоих, затем остановилась на ночь в мотеле в Рино. После Рино — Дейвис, Калифорния. Ленч. И наконец, уже поздно вечером, обед в «Серебряном драконе» в Сан-Франциско.
— Кэтрин определенно