четыре часа трое детей потеряли двух самых дорогих людей. И вина за это лежала на их отце.
– Плевать я хотела, что он мой отец, – всхлипывала Кендолл. – Я его ненавижу.
– И я!
– И я!
Они хотели убежать из дому, но куда они могли бежать. И решили поднять мятеж. На переговоры отправили Тайлера.
– Мы хотим другого отца. Ты нам не нужен. Гарри Стенфорд холодно оглядел его.
– Я думаю, это можно устроить. Три недели спустя их отправили в три разные частные школы.
С тех пор дети редко видели отца. Они читали о нем в газетах, лицезрели его на экране телевизора сопровождающим красавиц или беседующим со знаменитостями, но встречались с ним только по особым случаям: на Рождество или по другим праздникам, когда их фотографировали вместе, чтобы показать всему миру, какой он любящий отец. После съемки дети отправлялись в школы или летние лагеря до следующего «особого случая».

***

Тайлер как зачарованный смотрел на экран. Заводы в разных частях света сменяли друг друга, перемежаясь с фотографиями отца. «…Одна из самых крупных корпораций, принадлежащих одному человеку. Гарри Стенфорд, создавший ее, был легендой, свидетельством… Теперь эксперты Уолл-стрит пытаются найти ответ на вопрос: что произойдет с корпорацией после смерти отца-основателя? У Гарри Стенфорда трое детей, но до сих пор неизвестно, кто станет наследником баснословного состояния и кто получит контроль над корпорацией…»

***

Ему шесть лет. Он обожает носиться по большому дому, заглядывая во все комнаты. Он знает, что в одну ему заходить запрещено. В кабинет отца. Тайлеру известно, что там проводятся ответственные совещания. Туда заходят, оттуда выходят разные люди, которым есть что сказать его отцу. Заходить в кабинет мальчику запрещено, но его неудержимо тянет туда.
Однажды, когда отец куда-то уехал, Тайлер решил проникнуть в кабинет. От его размеров у мальчика захватило дух. Тайлер стоял, глядя на огромный стол, громадное кожаное кресло, в котором сидел отец. Придет день, когда я сяду в это кресло, Тайлер. Я стану таким же важным, как отец. Он приблизился к столу, оглядел его. Десятки каких-то бумаг, многие с гербом. Тайлер обошел стол, сел в кресло отца. «Какое счастье. Я уже важная шишка», – подумал он.
– Что ты тут делаешь, черт побери? Тайлер вздрогнул, поднял голову. В дверях, багровый от ярости, стоял отец.
– Кто разрешил тебе садиться за этот стол? Мальчик задрожал от страха.
– Я…, я хотел посмотреть, как… Отец двинулся к столу.
– Ты никогда не узнаешь, что значит сидеть за этим столом! А теперь выметайся отсюда, и чтобы я тебя больше здесь не видел!
Тайлер, рыдая, убежал наверх. Потом в его комнату зашла мать, обняла мальчика.
– Не плачь, дорогой. Все будет хорошо.
– Нет…, не будет. – Его тело сотрясалось от рыданий. – Он ненавидит меня.
– Ну что ты. Ненависти к тебе у него нет.
– Я же ничего не сделал. Только сел в его кресло.
– Это его кресло, дорогой. Он не хочет, чтобы в нем еще кто-нибудь сидел.
Он плакал и плакал. Мать крепче прижала его к себе.
– Тайлер, когда мы с твоим отцом поженились, он сказал, что хочет, чтобы я стала совладелицей его компании. Он дал мне одну акцию. Тогда я восприняла его подарок как шутку. Я отдам тебе эту акцию. Став совершеннолетним, ты получишь по ней право голоса и станешь совладельцем компании.
Общее число акций «Стенфорд энтерпрайзез» равнялось ста, и одна из них принадлежала Тайлеру.
Когда Гарри Стенфорд узнал о поступке жены, он вскипел.
– И что, по-твоему, он сделает с этой акцией? Попытается установить контроль над компанией?

***

Тайлер выключил телевизор и долго сидел, переваривая свалившуюся на него новость. Он испытывал чувство глубокой удовлетворенности. Традиционно сыновья хотели добиться успеха, чтобы согреть душу отцам. Тайлер Стенфорд стремился подняться наверх с одной целью – получить возможность уничтожить отца.
Ребенком ему снилось, что отца обвинили в убийстве матери, а выносить приговор должен он, Тайлер. «Я приговариваю тебя к смерти на электрическом стуле!» – торжественно