Весь сегодняшний день он пробыл у вас в лаборатории в качестве испытуемого. Его имя – Стивен Логан».

– О Боже! – ахнул Беррингтон.

«Жертва указала на него на опознании, и я абсолютно уверена, что анализ ДНК подтвердит, что он является преступником. Можете передать эту информацию своим коллегам, если сочтете нужным. Спасибо».

– Нет! – воскликнул Беррингтон. И тяжело опустился в кресло. – Нет, – повторил он уже тише.
А потом вдруг разрыдался.
Через минуту-другую он поднялся и, все еще плача, запер дверь кабинета, чтобы не вошла Марианна. Потом вернулся к столу, сел и обхватил голову руками.
Так он просидел какое-то время.
Потом, когда слезы иссякли, поднял телефонную трубку и набрал номер, который знал наизусть.
– Только не автоответчик, Господи! – взмолился он, слушая долгие гудки.
Ответил бодрый молодой мужской голос:
– Слушаю?
– Это я, – сказал Беррингтон.
– Привет. Как ты?
– Мне очень тяжело.
– О!… – Голос звучал виновато.
Если прежде у Беррингтона и были сомнения, то этот тон их развеял.
– Ты ведь догадываешься, почему я звоню?
– Выкладывай.
– Только не играй со мной в эти игры! Я говорю о воскресном вечере.
Молодой человек вздохнул:
– Ясно.
– Чертов дурак! Зачем тебя понесло в этот кампус? Ты… – Тут он спохватился, понимая, что откровенничать по телефону, пожалуй, все же не стоит. – Ты опять сделал это.
– Сожалею.
– Он сожалеет!
– А как ты узнал?
– Сначала мне и в голову не приходило подозревать тебя. Я думал, ты уехал из города. Они арестовали парня, который на тебя очень похож.
– Вот это номер! Так, значит, тогда я…
– Ты соскочил с крючка.
– Ура! Но это же здорово. Послушай…
– Что?
– Только ничего никому не говори. Ни в полиции, ни где-то еще.
– Не скажу. Ни слова, – с тяжелым сердцем произнес Беррингтон. – Можешь на меня положиться.


Вторник

15

Над Ричмондом витала аура утраченного величия, и Джинни подумала, что родители Денниса Пинкера вполне вписываются в эту атмосферу. Шарлотта Пинкер, рыжеволосая веснушчатая женщина в шуршащем шелковом платье, напоминала светскую львицу великой колониальной эпохи, хоть и проживала при этом в блочном домишке на узкой улочке. Она сказала, что ей пятьдесят пять, но меньше шестидесяти Джинни бы ей не дала. Ее муж, которого она называла не иначе как «майор», был примерно того же возраста и обладал вальяжной внешностью и неторопливыми манерами человека, уже давно удалившегося на покой. Он игриво подмигнул Джинни и Лизе и спросил:
– Не желаете ли по коктейлю, девочки?
Жена говорила с рафинированным южным акцентом и немного громче, чем следовало бы, точно обращалась к целому собранию:
– Ради Бога, майор, ведь теперь всего десять утра!
Он пожал плечами.
– Просто стараюсь, чтобы встреча с самого начала пошла в правильном направлении.
– Никакая это не встреча. Эти леди приехали нас изучать. Потому что наш сын – убийца.
Она называет его «наш сын», отметила про себя Джинни. Впрочем, это еще ничего не значит. Не исключено, что они его усыновили. Ей не терпелось спросить о происхождении Денниса Пинкера. Если Пинкеры сознаются, что усыновили Денниса, это решит половину проблемы. Но ей следует соблюдать осторожность. Это деликатный вопрос. Если спросить без подготовки, они, вероятнее всего, солгут. И она решила дождаться подходящего момента.
Ей также не терпелось узнать о внешности Денниса Пинкера. Действительно ли он двойник Стивена Логана? И она жадно разглядывала фотографии в дешевых рамочках, развешанные и расставленные по всей небольшой гостиной. Все они были сняты очень давно. Маленький Деннис Пинкер был запечатлен в коляске, на трехколесном велосипеде, в бейсбольной форме и пожимающим руку Микки-Маусу в Диснейленде. Но ни одного снимка взрослого Денниса Пинкера она не увидела. Скорее всего, родители хотели запомнить своего сына невинным ребенком, а не преступником, осужденным за убийство. Так что снимки ничем не помогли Джинни. Этот светловолосый двенадцатилетний мальчик мог выглядеть сейчас точной копией Стивена Логана, но с такой же степенью