вышла Джинни. Вначале она не заметила Стива. Открыла багажник, достала большой пластиковый пакет для мусора. Затем заперла машину и пошла по тротуару по направлению к нему. Одета она была официально, в темный деловой костюм с юбкой, но выглядела какой-то растерзанной, да и походка выдавала усталость. С ней что-то случилось, подумал Стив, и сердце у него сжалось от сострадания и тревоги за Джинни. И все равно она прекрасна, думал он, глядя, как девушка подходит все ближе и ближе.
Вот она уже совсем близко. Он встал и шагнул ей навстречу.
Джинни подняла глаза, взглянула на него, и тут же ее лицо исказил страх, она открыла рот и закричала.
Стив так и замер, не понимая, что происходит. А потом спросил:
– Джинни… в чем дело?
– А ну пошел прочь! – крикнула она. – Не смей ко мне прикасаться! Иначе я вызову полицию.
Стив, не веря своим ушам, выставил перед собой руки, как бы защищаясь, и, запинаясь, пробормотал:
– Конечно, как скажете. Я вас не трогаю, даже не думаю трогать, о'кей? Что это, черт возьми, с вами происходит?
Из двери дома на веранду вышел сосед Джинни. Должно быть, сообразил Стив, он жил в квартире этажом ниже. Это был чернокожий старик в клетчатой рубашке и галстуке.
– Все нормально, Джинни? – спросил он. – А то мне показалось, кто-то здесь кричал.
– Я кричала, мистер Оливер, – дрожащим голосом ответила Джинни. – Просто этот тип… он сегодня напал на меня в машине, в Филадельфии.
– Напал? – искренне изумился Стив. – Но я этого не делал!
– Нет, делал, ублюдок, ровно два часа тому назад.
Стив был потрясен до глубины души. А потом им вдруг овладело возмущение.
– Да пошла ты знаешь куда?! Я уже сто лет не был в Филадельфии!
Тут вмешался мистер Оливер:
– Вот что, Джинни. Этот молодой человек просидел здесь часа два, не меньше. Так что оказаться в Филадельфии он никак не мог.
Джинни возмутилась и уже была готова обвинить своего добродушного соседа во лжи.
Только теперь Стив заметил, что на ней нет чулок. Голые ноги в сочетании со строгим темным костюмом выглядели несколько странно. А ее правая щека немного опухла и покраснела. И гнев его тут же прошел. Кто-то действительно напал на нее. Ему хотелось заключить Джинни в объятия и утешить. И то, что она явно его боялась, лишь усиливало сострадание.
– Он бил тебя? – произнес Стив. – Вот ублюдок!
Джинни постепенно приходила в себя.
– Так он действительно пришел сюда два часа тому назад? – спросила она соседа.
Старик пожал плечами:
– Проторчал тут минимум час сорок, или пятьдесят.
– Вы уверены?
– Знаешь, Джинни, если этот парень был в Филадельфии, то, должно быть, прилетел потом сюда на «конкорде».
Она взглянула на Стива.
– Может, это был Деннис?
Стив подошел к ней. Протянул руку и бережно дотронулся до опухшей щеки. Она не стала его отталкивать.
– Бедняжка Джинни, – протянул он.
– Я… мне показалось, это был ты, – пробормотала она, и слезы выступили у нее на глазах.
Он сжал ее в объятиях. И постепенно она успокоилась, расслабилась и доверчиво прижалась к нему. Он гладил ее по голове, нежно перебирал пальцами длинные пряди темных волос. Закрыл глаза и подумал: какое хрупкое и в то же время сильное у нее тело. Наверняка у этого поганца Денниса тоже остались синяки. Ему очень хотелось в это верить.
Мистер Оливер смущенно кашлянул.
– Ну что, молодежь? Угостить вас чашечкой кофе?
Джинни отстранилась от Стива.
– Нет, спасибо, – ответила она. – Мне прежде всего надо переодеться.
Напряжение и страх исчезли с ее лица, и она стала выглядеть еще более соблазнительной. «Да я почти влюбился в эту женщину, – подумал Стив. – И дело тут не только в том, что мне страшно хочется переспать с ней, хотя и это тоже. Я хочу, чтобы она стала мне другом. Хочу смотреть вместе с ней телевизор, ходить за покупками, поить с ложечки микстурой, если она заболеет. Хочу видеть, как она чистит зубы, натягивает джинсы и намазывает тосты маслом. Хочу, чтоб она спросила меня, идет ли ей оранжевая помада, не надо ли купить мне запасных лезвий для бритвы и когда я приду домой…»
Но