Наконец ее дыхание стало ровнее, глаза перестали слезиться, и тут в отдалении она услышала завывание сирены «скорой помощи». Оглянувшись, Джинни глазами поискала Лизу, но той нигде не было видно.
Неужели она осталась там?… Дрожа всем телом, Джинни шла через толпу, всматриваясь в лица. Теперь люди были вне опасности, и в толпе слышались даже нервные смешки. Многие из студенток были полуодеты, что придавало сборищу некую интимность. Те, кому удалось вынести сумки, делились одеждой с менее удачливыми. Раздетые девушки благодарили подруг за грязные и мокрые футболки. Несколько человек кутались в полотенца.
Лизы в толпе не было. Подавляя растущее беспокойство, Джинни вернулась к охраннику.
– Мне кажется, моя подруга все еще находится там, – сказала она и услышала, как дрожит ее голос.
– Я за ней не пойду, – быстро ответил охранник.
– Храбрец, ничего не скажешь! – презрительно фыркнула Джинни. Она никак не ожидала, что от охранника, чей долг оберегать студентов, будет так мало пользы.
Он недовольно скривился.
– Это их работа, не моя, – сказал он и указал на подъезжавшую пожарную машину.
Джинни начала беспокоиться за жизнь Лизы, но что делать, она не знала. И нетерпеливо и беспомощно наблюдала за тем, как пожарные выскакивают из машины, надевая на ходу респираторные маски. Ей казалось, что действуют они страшно медленно, хотелось поторопить их, крикнуть: «Скорее, скорее!» Прибыла еще одна пожарная машина, следом за ней подъехал белый с серебристо-синей полосой автомобиль полицейского отделения Балтимора.
Пожарные потащили брандспойт к зданию, полицейский подозвал охранника и спросил:
– Как думаете, где это началось?
– В женской раздевалке, – ответил тот.
– Где именно она находится?
– В подвальном помещении, в задней стороне здания.
– Сколько там выходов?
– Только один. По лестнице наверх – и сразу попадаешь в главный вестибюль. Вот этот.
Джинни перехватила взгляд офицера и, подойдя к нему, сказала:
– Думаю, моя подруга все еще там.
– Как она выглядит?
– Женщина двадцати четырех лет, блондинка, невысокого роста.
– Если она там, мы ее найдем.
Джинни обрадовалась, но всего на секунду. Ведь офицер не обещал найти ее живой.
Охранника, который бегал по раздевалке, видно не было. И тогда Джинни снова обратилась к полицейскому:
– Там может быть еще один человек, охранник. Что-то нигде его не вижу. Высокий такой парень.
Охранник из вестибюля заметил:
– В этом здании, кроме меня, нет охранников.
– Но на нем было кепи с надписью «Охрана», и он кричал, чтобы люди поскорее выходили из здания.
– Не знаю, что за кепи на нем было, но…
– Да ради Бога, перестаньте вы спорить! – взмолилась Джинни. – Может, он мне просто привиделся. Но если нет, то и его жизнь тоже в опасности.
Тут рядом с ними возникла девушка в подвернутых внизу мужских штанах цвета хаки.
– Я видела этого парня. Настоящий подонок и гад. Всю меня облапал! – воскликнула она.
– Ладно, успокойтесь, – сказал офицер полиции, – сейчас разберемся и всех найдем. Спасибо за помощь. – И он отошел к машине.
Джинни сердито покосилась на охранника из вестибюля. Наверное, именно из-за стычки с ним офицер полиции принял ее за истеричку и не отнесся к ее словам серьезно. Она отвернулась. Что же теперь делать?…
Пожарные бросились в здание. На них были шлемы, маски и специальные сапоги. Сама же она стояла босая, в футболке и джинсах. Если попытается войти следом за ними, они ее прогонят, это ясно. Она сжала кулаки и отчаянно твердила про себя: Думай же, думай! Где еще может быть Лиза?
Рядом со спортивным залом находилось здание факультета психологии имени Рут У. Экорн, названное так в честь его основательницы-филантропки, но между собой студенты именовали его Дурдомом. Может, Лиза зашла туда? По воскресеньям двери были заперты, но наверняка у нее имелся ключ. Она могла забежать туда и взять лабораторный халат, чтобы прикрыть наготу. Может, она до сих пор сидит там, не в силах опомниться. И Джинни решила проверить. Все лучше, чем торчать здесь, перед входом, не предпринимая