кнопкой, выдвигая головку стержня, и ободряюще улыбнулась.
"Хвостик" с готовностью заговорил. Слова полились из него бурным потоком - так школьники высыпают из класса на перемену. Я чувствовала, что для него произошедшее - необычное приключение.
Он говорил быстро и глотал окончания - наверное, был родом из какого-то района в верховьях реки. Приходилось слушать предельно внимательно.
- Мы занимались уборкой. - Он указал на линию электропередачи над нашими головами, потом обвел рукой участок земли под ней. - В наши обязанности входит обеспечивать чистоту участков, прилегающих к опорам с проводами.
Я кивнула.
- Когда я спустился в небольшой овраг вон там, - он повернулся в сторону леска на окраине семинарской территории и махнул рукой, - то почувствовал какой-то странный запах.
Слова его застыли в воздухе, взгляд был прикован к деревьям. На протяжении некоторого времени рабочий стоял не двигаясь, словно загипнотизированный.
- Говорите, запах был странным? - спросила я.
"Хвостик" медленно повернул голову и посмотрел мне в глаза.
- Не то чтобы странным... - Он закусил губу и замолчал, наверное, выбирая из своего лексикона наиболее подходящие слова. - Так пахнет смерть. Понимаете, о чем я?
Я продолжала вопросительно смотреть на него.
- Представьте себе, что какой-нибудь зверек забивается в угол и там подыхает... - Рабочий пожал плечами.
Я знала, о чем речь, запах смерти прекрасно мне известен. Я кивнула.
- Я подумал, что там померла собака или енот, - опять заговорил "Хвостик". - Вот и принялся ощупывать граблями землю в том месте, где запах чувствовался особенно сильно. Думал, найду кучку костей. - Он еще раз пожал плечами.
- Угу, - промычала я, ощущая все больший дискомфорт. Древние кости не пахнут.
- Через несколько минут я позвал Джила... - "Хвостик" повернулся к старшему товарищу, ожидая от него подтверждения своим словам. Но тот смотрел в землю и не произносил ни звука. - Мы начали осматривать место вдвоем. И скоро кое на что наткнулись. Только, по-моему, это не собака и не енот.
Договорив последнее слово, он скрестил руки на груди, потупил взгляд и принялся раскачиваться с пятки на носок.
- Почему вы так решили? - спросила я.
- Собаки не бывают такими здоровенными.
Не закрывая рта, "Хвостик" принялся ощупывать языком одно из тех мест на верхней десне, где когда-то крепился зуб. Кончик языка в дырке между уцелевшими зубами напоминал копошащегося в земле червяка.
- Это все? - спросила я.
Червяк исчез.
- Что вы имеете в виду?
- Может, помимо костей, вы нашли еще что-нибудь? - уточнила я.
- Нет, но... - "Хвостик" развел руки в стороны, показывая размеры чего-то довольно крупного. - Там лежит большой полиэтиленовый пакет, а в нем... - Он повернул руки ладонями вверх, а предложение так и не закончил. - Мы увидели в костях...
- Что? - спросила я, тревожась все сильнее и сильнее.
- Une ventouse, - быстро, растерянно и в то же время возбужденно произнес он.
Джил, судя по всему, чувствовал себя так же взволнованно, как я. Теперь он опять смотрел по сторонам, но еще более суетно, чем прежде.
- Что, простите? - переспросила я, думая, что неправильно поняла последнее слово "Хвостика".
- Une ventouse, - повторил тот. - Вантуз. Для ванной.
Он изобразил процесс применения приспособления, о котором толковал: наклонившись, обхватил ладонями воображаемую ручку, делая руками характерные движения. Сия маленькая пантомима была в данных обстоятельствах настолько неуместной, что подействовала на меня ужасающе.
- Проклятие, - пробормотал Джил по-французски, вновь опуская голову и уставясь в землю.
Я внимательно оглядела его, кое-что добавила к своим записям и убрала блокнот.
- Там сухо?
Мне жутко не хотелось без особой надобности облачаться в спецодежду и резиновые сапоги.
- Ага, - ответил "Хвостик" и повернулся к Джилу, ожидая, что тот подтвердит его "ага".
Но Джил никак не отреагировал, даже не пошевельнулся.
- О'кей, - сказала я. - Показывайте мне дорогу.
Я очень надеялась, что выгляжу спокойной.
"Хвостик" зашагал