Уйма вежливых фраз, смысл которых сводился к одному: что, в конце концов, стряслось с мужем их клиентки? Интересный вопрос. Фостер и сам хотел бы это знать. Он перевернул страницу отчета лондонских агентов. Несмотря на то, что материал поступил в посольство менее суток назад, папка уже выглядела так, будто ею пользовались чуть ли не год - края обложек явно пообтрепались. Фостер уставился на фотографию Дауни, сделанную в баре аэропорта Хитроу. Дауни, обычно добродушное лицо которого выражало бесповоротную решимость, сидел за столиком и смотрел на бутылку пива и пакет хрустящего картофеля. Фостер принялся изучать следующие снимки, в числе которых был тот, что запечатлел Дауни на маленькой площади поблизости от Кингз-роуд: округлое лицо Джека казалось неестественно бледным на фоне раскрытого черного зонта.
Вдобавок в папке имелся добрый десяток фотографий весьма привлекательной женщины, с которой Дауни встречался в Лондоне. Дженнифер Форсайт. Фостеру бросился в глаза снимок, на котором Дауни, сидя в полутемном ресторанчике, наливал Дженнифер вино из бутылки стоимостью тридцать долларов. Он оставил фотографии и переключился на сопроводительный текст. Агент полагал, что во взаимоотношениях Дауни и Дженнифер Форсайт не было и намека на любовную интрижку. Фостер разделял мнение агента - эта женщина явно не подходила на роль очередной пассии Джека.
Однако какие у того могли быть мотивы? Фостер мог назвать лишь два: во-первых, деньги, а во-вторых, власть. Едва просмотрев донесение, он распорядился, чтобы ему через некоторое время представили полный, со всеми подробностями, материал о прошлом и настоящем Дженнифер Форсайт.
Что же связывает с нею Джека? Фостер повертел в руках фотографию девочки, которая выбежала из антикварного магазина через одиннадцать минут после того, как туда вошел Дауни. Должно быть, девочке лет двенадцать-тринадцать, очень симпатичная - и удивительно похожа на свою красавицу мать. Фостер отложил фотографии в сторону и вернулся к тексту. Из Хитроу Дауни поехал на автобусе в Лондон, агенты следовали за ним по пятам. Так, перебранка в некоей забегаловке по поводу чашки чая и булочки с корицей. Господи Боже! Затем Дауни купил в табачном киоске пакетик мятных леденцов, которые тут же съел, а пакетик сунул в карман, хотя на его месте любой другой горожанин бросил бы его на тротуар. Любопытно, подумал Фостер. Оказывается, Дауни у нас чистюля. Впрочем, Фостеру было известно, что Джек Дауни, который немало поездил по свету, обожает Лондон. Возможно, здесь кроется объяснение его столь неожиданной аккуратности. А возможно, и нет.
Фостер потер виски и перелистнул страницу. В зоопарке Лауни имел контакт с пятью или шестью людьми, большинство которых составляли служители. Мужчина у ворот продал ему входной билет, женщина с тележкой - бумажный стаканчик с кофе и упаковку попкорна. И то и другое полетело затем в урну. Агент сделал специальное примечание, в котором говорилось, что вместе с попкорном Дауни вполне мог получить какое-либо сообщение. Что ж, разумно. Фостер перевернул страницу. Взяв сдачу, Дауни было направился прочь, но потом вдруг вернулся и позаимствовал со стойки толстую пачку бумажных салфеток. Еще одна возможность получить сообщение. А может, просто хотел высморкаться.
Далее. Битый час Дауни бесцельно бродил по территории зоопарка площадью тридцать шесть акров, затем миновал Восточный туннель и вошел в инсектарий. Его поведение застало агентов врасплох; впрочем, те были уверены, что туннель, когда по нему проходил Дауни, был пуст. Фостер вздохнул и почесал переносицу.
Стремясь не утратить визуальный контакт, один из агентов последовал за Дауни в инсектарий. Очевидно, тот служил излюбленным местом встречи гомосексуалистов. Дауни решил, что его пытаются соблазнить, отвесил агенту оплеуху, вышел наружу и по мосту через канал двинулся к Сноудоновскому птичнику. Агент, утирая кровь с лица, поспешил за ним, а потом исчез. Сгинул без следа. Последнее сообщение гласило, что кровь заливает лацкан пиджака, к которому