обширный участок пустыни. Джип съехал по склону и остановился с подветренной стороны дюны. В черном небе одна за другой вспыхивали розовые, будто неоновые молнии, громыхал гром, в воздухе пахло озоном. Ветер задувал все сильней, по песку метались причудливые тени. Чарли развернул джип, подождал, пока Мунго и Дженнифер разложат на песке брезент, затем направил машину вперед и придавил брезент передними колесами. Мунго набросил полотно на джип; Чарли подал еще немного вперед, переключился на заднюю передачу. Машина чуть откатилась назад; теперь брезент был надежно закреплен, его прижимали к земле четыре автомобильных колеса. Чарли заглушил двигатель.
Дженнифер и Мунго забрались в кузов. Спереди брезент поддерживало лобовое стекло, а сзади - установленный на треноге пулемет, в результате чего под ним образовалось достаточно большое свободное пространство. Они поужинали хлебом и консервами. Чарли прикинул, что воды им хватит дня на два. Снаружи, смутно различимые сквозь брезент, по-прежнему полыхали молнии; ветер трепал полотно, засыпал его песком. Интересно, сколько продлится буря? Джип уже ушел в песок по оси. Чарли вспомнился отрывок из какой-то книги, в которой описывался погребальный ритуал мусульман: кочевники поступали очень просто - оставляли мертвеца на песке, чтобы тот сам исполнил все необходимое. Да, если они умрут, зной постепенно лишит их тела последней капли влаги, и они превратятся в мумии. Чарли прислушался к раскатам грома, сквозь которые прорывались свист ветра и шорох песка. Пустыня ринулась в бой! Он обнял Дженнифер, привлек ее к себе, как бы стараясь заслонить женщину от грозящей опасности.

Эпилог

Армакао-де-Бузиос, Бразилия
Рыбацкая деревушка Бузиос располагалась на полуострове Кабо-Фрио, в семидесяти милях к северу от Рио. Дауни собирался провести золотые деньки своей жизни в поместье, к которому вела от деревушки грунтовая дорога протяженностью около двадцати миль. Добраться сюда могли лишь самые целеустремленные туристы. Центром поместья являлся дом - массивный, невысокий: серые бетонные стены, огромные, с зеленоватым отливом стекла. Дом помещался на склоне крутого холма; Дауни, сидя в шезлонге возле бассейна с теплой водой, мог любоваться островами у побережья или заходом солнца над Атлантикой.
Мунго примостился на краю плоской, покрытой слоем смолы и посыпанной щебнем крыши, свесил вниз ноги. Дом стоял на таком удалении от бухты, чтобы ему не могли повредить зимние ветры. Мартин прислушивался к плеску воды, различал шелест листвы фиговых деревьев, с которой играл утренний бриз. Часы показывали шесть сорок пять.
Солнце поднялось почти два часа назад. Из дома время от времени доносилась музыка и тяжелое дыхание. В гостиной, перед телевизором, на экране которого прыгала Джейн Фонда, то приседал, то выпрямлялся Джек Дауни. Мунго подобрал несколько камешков, оставил себе те, что покрупнее, а остальные уронил на крышу. Даже бормотание телевизора не портило прелести этого места. Прямо-таки райский уголок.
Середина февраля - в Бразилии разгар лета. Температура под восемьдесят градусов. Однако вокруг дома росли фиговые деревья и пальмы, которые задерживали лучи солнца, а ветерок с моря отгонял насекомых. Мунго уставился на фиговые деревья. Ему нравилось, как они выглядят - высокие, чуть ли не по девяносто футов, стволы и ветви увиты лианами. Что касается лиан, Мартин подробно расспросил о них одного их охранников Дауни - перед тем, как заткнуть парню рот и оттащить туда, где он никому не будет помехой.
Мунго снова посмотрел на часы. Через несколько минут видеокассета закончится, и Дауни, будучи рабом привычки, нажмет кнопку перемотки, а сам направится в бассейн: под мышкой груда махровых полотенец, в руке стакан только что выжатого апельсинового сока, во рту толстая сигара. Он бросит все на столик, скинет с себя спортивный костюм и плюхнется в бассейн, где примется плавать, совершая медлительные, торжественные гребки. Обычно вместе с ним купалась нагишом какая-нибудь нимфа из Рио, но сегодня обстоятельства