должен разбираться в любых, даже самых запутанных хитросплетениях бизнеса.
«Увели деньги, а он умничает! Искать должен!»
Заложив руки за спину и подняв плечи, Рюмин бегал по кабинету. На Максимова он не смотрел, а только сосредоточенно сопел, всем своим видом выражая крайнее возмущение.
«Совершенно на него не похоже. Обычно он такой сдержанный, даже робкий, как кобра перед прыжком».
– Не могу понять, почему вы так волнуетесь. Мы же говорили, что Дронов слил информацию о счетах следствию. К гадалке не ходи! – осмелился нарушить напряженное молчание Максимов.
Ему было неудобно сидеть, в то время как Рюмин кружит по кабинету. Но встать и стоять навытяжку – тоже не выход. Он все же не унтер Пришибеев.
– Мы соберем все деньги, разбросанные по счетам компании в разных банках, наладим прозрачную отчетность, консолидируем финансовые резервы. С точки зрения консалтинга это – эффективное решение. А поисками всяких тайных кладовых пусть занимается служба безопасности. У них и методы для этого имеются, – продолжил Максимов.
– При чем здесь консалтинг? – страдальчески простонал Рюмин.
«Наверное, я действительно бестолковый. Не может нормальный человек так мучиться из-за ерунды...» Максимов из солидарности все же поднялся из кресла, хотя очень не хотел этого делать.
После напряженного дня побаливала спина и тяготило ощущение физической усталости – словно разгрузил два вагона.
– Денег на счетах все равно нет, – добавил Максимов.
– Нет, есть! – взорвался Рюмин.
– У вас точная информация, Валентин Борисович?
– Точнее не бывает. Дронов не успел или не захотел сдать все счета следствию, а они его упустили. Сейчас волосы на голове рвут. Лопухнулись, идиоты! Ищут его повсюду.
– И много денег?
Рюмин бесшумно подошел к принтеру, выудил из лотка лист белой бумаги, достал свою любимую перьевую ручку «Монблан», что-то быстро написал и бросил листок на письменный стол Максимова.
– Ого!
– Вот именно!
– Ну, орел Крюков, – усмехнулся Максимов. – Такой академический человек, добрый дядюшка, а денег нагреб! Али-Баба и сорок разбойников отдыхают.
– К сожалению, вы тоже отдыхаете вместо того, чтобы заниматься реальным делом, – сухо заметил Рюмин.
– Я даже предположить не мог, что речь идет о таких суммах, – признался Максимов. – Выходит, что мы анализируем липовую финансовую документацию!
– Не надо преувеличивать. Не все там липовое. С недостоверной финансовой информацией компания не смогла бы развиваться. Но есть и подтасовки. Теперь вы знаете порядок цифр. Может, это поможет в вашем анализе.
– Вне всякого сомнения, – заверил Максимов. – Я потребую, чтобы прошлись еще раз по основным центрам прибыли. Сложим все сомнительные расходы, особенно там, где завышены расценки и тарифы. Контрольная планка теперь понятна. Убежден, что смогу направить финансовые потоки на реальные и контролируемые счета.
– Не только направить, но и вернуть деньги. Если вам удастся это сделать, пять процентов ваши. В качестве премии!
– От этой суммы – я правильно вас понял? – осторожно уточнил Максимов.
– Если вернете все эти деньги, то да – именно от указанной суммы.
«Ну, это уже другой разговор», – подумал Максимов.

* * *

– Я этого не говорил. Врет подлец! – Крюков обличающе тыкал пальцем в экран, с которого задушевно улыбался «информационный киллер» Сударов.
Рядом с Крюковым за столом восседали приглашенные им акционер Аверкин и заместитель генерального директора компании Литвин, относящиеся к ближнему кругу. В стаканы с толстыми стенками предусмотрительно были налиты успокоительные дозы виски со льдом. Сударов не ругался, не возмущался и не обличал. Как бы рассуждая вслух, он доверительно говорил о том, что Крюкова совершенно не устраивает политика властителей России.
На экране появилось возбужденное лицо Крюкова.
– Мы говорили об этих проблемах неоднократно и даже получали сигналы о том, что государство готово пойти навстречу бизнес-сообществу. Но увы! Воз и ныне