имеющихся признаний преступника в совершении убийства.
– Ты занят?
Керриган оторвал взгляд от экрана монитора и обнаружил, что в дверях стоит Мария Лопес. Крошки от пончиков, которые она постоянно жевала, пристали к ее нижней губе. После года, проведенного за рассмотрением мелких, но уголовно наказуемых проступков, очкастая и несколько полноватая помощница окружного прокурора недавно была переведена в отдел "D", занимавшийся преступлениями на сексуальной почве, случаями нападений с применением физического насилия и другими серьезными делами. Тим был старшим помощником прокурора в отделе "D" и благодаря этому в некотором смысле начальником Марии. Своим появлением она нарушила ход его мыслей. И это при том, что работа срочная! Тим разозлился, хотя и не подал виду.
– Что случилось? – спросил он, бросив взгляд на часы.
Мария грузно опустилась в кресло, стоявшее напротив стола старшего помощника прокурора. На ней был давно не глаженный костюм, длинные черные волосы выбились из-под большой заколки, с помощью которой она попыталась собрать их в пучок на затылке. Красные, будто у кролика, глаза Марии свидетельствовали о том, что она, так же как и Тим, почти не спала.
– Я занимаюсь делом парня по имени Джон Дюпре.
– Сутенерство, кажется?
Лопес кивнула:
– Принуждение к занятию проституцией. Этот парень предоставляет эскортные услуги джентльменам высшего класса.
– И наверное, наркотики тоже?
– Кокаин и экстази для старшеклассников и студентов колледжей. Дело, которым я занимаюсь, связано исключительно с услугами эскорта и базируется на показаниях одной из девушек Дюпре.
Лопес заерзала в кресле. Нервы у нее явно были на пределе.
– Ну и что? – поторопил ее Керриган.
– Стэн Грегарос не может ее найти.
– И Стэн думает, что девица решила пойти на попятную и слинять? – озабоченным тоном спросил Керриган. Дюпре не принадлежал к числу акул из водоема коррупции, однако и мелкой рыбешкой его назвать было нельзя.
– Он не знает. Ребенок Лори в настоящее время у соседки...
– Лори?
– Лори Эндрюс. Так зовут свидетельницу.
– Ну и что? – сказал Керриган, еще раз украдкой взглянув на часы.
– У Эндрюс с ее соседкой была договоренность. Ребенок оставался у соседки, пока Лори работала. Проблема в том, что Лори так и не забрала Стейси.
– Эндрюс не относится к типу женщин, которые могут сбежать, бросив ребенка?
Лопес отрицательно покачала головой:
– Именно из-за ребенка она и согласилась давать показания. Мы поймали ее на хранении и сбыте наркотиков, и она прекрасно понимала, что, если попадет в тюрьму, Управление по охране прав ребенка заберет у нее девочку.
– Значит, ты думаешь, Дюпре что-то с ней сделал?
– Даже не знаю. Конечно, он способен и на такое. Он может быть крайне жестоким, если девочки его не слушаются.
– А что будет, если Стэн не найдет ее?
Лопес снова заерзала в кресле, опустив голову.
– Когда мы предъявили обвинение, нам удалось убедить судью Робарда рассматривать нашу свидетельницу как надежного информатора, чтобы не пришлось открывать Дюпре ее имя.
– Почему же вы не поместили девушку в такое место, где Дюпре не смог бы ее найти?
Лопес покраснела.
Керриган выпрямился в кресле.
– Скажи прямо, она продолжает заниматься своим ремеслом?
– На это дело обратили внимание люди из ФБР. Они хотели, чтобы Лори не выходила из игры, так как им была нужна информация о том, где Дюпре хранит свои материалы.
Керриган успокоился. В данном случае виновата не Мария. Агенты ФБР умеют кого угодно запугать, а она новичок в таких серьезных делах, и ей, естественно, пришлось пойти на уступки. Керриган вспомнил, какой важной персоной он ощутил себя, когда одно из его дел заинтересовало ФБР.
– Процесс начинается сегодня в полдень, – продолжила Лопес с явным напряжением в голосе. – И мы можем все провалить без свидетельств информатора.
– Попросите отложить процесс.
– Мы уже дважды выступали с таким запросом, чтобы ФБР смогло выжать из свидетельницы всю необходимую им информацию. Адвокат Дюпре устроил целую бурю из-за второго переноса, и