«Био один»?
— Почему ты спрашиваешь? — изумился Джил.
— Потому что это беспокоило Джона накануне его гибели.
— Да, полиция упоминала о том, что ты им это говорил.
— Ты действительно уверен, что там все так надежно, как кажется?
— Полагаю, что да, — ответил Джил. — Конечно, там имеются недостатки, но без недостатков не бывает ни одного дела. Но если оценивать по большому счету, то компания «Био один» — победитель, и она обречена на полный успех.
— Неужели тебя в её деятельности никогда ничего не беспокоило?
— Что ты хочешь сказать?
— «Био один» пока еще не приносила прибыли, и её единственным реальным активом является «Невроксил-5». И что будет с компанией, если лекарство окажется бесполезным?
— Оно не окажется бесполезным, — ответил Джил. — Этот препарат является главной надеждой миллионов страдающих людей.
— Но как быть, если окажется, что с «Невроксилом-5» происходит что-то неладное?
— Что, например?
— Не знаю. Лекарство не будет действовать, или что-то иное в этом роде… Ведь в таком случае реальная стоимость «Био один» будет равна нулю. Не так ли?
— Ты правильно поступаешь, проявляя осторожность, — устало улыбнулся Джил. — Самый большой грех венчурных фирм заключается в том, что они начинают подсчитывать барыши еще до их получения. Это особенно опасно, когда имеешь дело со спецами в области биотехнологии. Часто бывает так, что их снадобья оказываются не более полезными для здоровья, чем таблетки из сахара. Однако с «Био один» нам подобная участь не грозит. Я очень высоко ценю деятельность этой фирмы.
— Надеюсь, что ты прав.
— Я тоже, — ответил Джил. — Если это не так, то нас ожидают большие неприятности.
Он отправился в свой офис к своим проблемам, я соответственно — к своим.
Заняв место за столом, я первым делом нашел в адресной книге номер телефона матери Лайзы.
— Хэлло? — раздалось в трубке.
— Привет, Энн. Это Саймон.
— Саймон? Разве я тебе не говорила, что Лайза не желает иметь с тобой дела? Она не хочет, чтобы я сообщала тебе её адрес.
В голосе мамаши я не уловил никакой враждебности, но зато в нем явно присутствовала горечь. Ей было жаль как Лайзу, так и меня.
— О’кей. Я это понимаю. Но не могла бы ты передать ей мою просьбу?
— Что же, попробую, — вздохнула Энн. — В чем эта просьба состоит? — Теперь в тоне её голоса прозвучала нотка подозрительности.
— Скажи Лайзе, что я хочу задать ей несколько вопросов касательно «Био один». Это чрезвычайно важно.
— Хорошо, — с явной неохотой согласилась теща. — Я ей это скажу. Но она очень подавлена, и не думаю, что станет тебе звонить.
— Попытайся. Я в любом случае буду тебе очень благодарен.
Я положил трубку. У меня не было и тени сомнений, что Энн передаст Лайзе мои слова. Однако я очень сильно сомневался в том, что реакция Лайзы на них окажется положительной. Я не имел права сидеть сложа руки и ждать ответа, который, быть может, так никогда и не придет. Что еще я могу сделать? Как я могу узнать, какие проблемы повстречало на своем пути чудо-лекарство «Невроксил-5»?
Некоторое время я сидел, уставившись в пустое пространство. А затем меня осенило.
Надо спросить у тех, кто его принимает.

До Бруклайн я добрался на поезде. Там я отыскал дом тёти Зои и нажал на кнопку звонка. Дверь тут же открыла сама Зоя.
— Как я рада вас видеть! — воскликнула тетя с радостной улыбкой. — Входите же, входите. Карл! А у нас гость!
В прихожей появился Карл.
— Привет, Саймон! — сказал он. — Как поживает Лайза?
— Превосходно, — соврал я, восхищаясь, насколько изящно им удалось скрыть то, что тетя Зоя меня не узнала.
Они провели меня в гостиную. Последний раз, когда я здесь был, комната была заполнена людьми, явившимися проводить Фрэнка в последний путь. Некоторые следы этого печального события здесь все еще сохранились. Зеркало на стене прикрывал черный креп, а на фортепьяно впереди всех других снимков стояла фотография Фрэнка — юного, красивого и веселого. Внимательно взглянув на тетю Зою, я впервые увидел, насколько она похожа на своего брата. Такая же, как и он, высокая,