при рождении имел фамилию Кох, которую позже сменил на более звучное «Кук». Сделано это было для того, чтобы полнее слиться с благородным бостонским обществом. Судя по положению сына, папа в этом деле вполне преуспел.
На работе мы относились друг другу, как коллеги, или, по меньшей мере, как партнер и сотрудник.
До сегодняшнего утра.
Фрэнк наконец закончил беседу и обратил свое внимание на меня.
— Мне хотелось бы поговорить об утреннем совещании, — начал я.
— Здесь не о чем разговаривать. Всё было сказано утром.
— Мне кажется, что это не так. За твоим решением стоит нечто большее.
— Ошибаешься. Ты совершил ошибку и получил урок.
— Я знаю, что ты видел меня и Дайну за ужином в ресторане.
Фрэнк наклонился и, глядя мне в глаза, произнес:
— Пойми раз и навсегда, Саймон, твой брак с моей дочерью никак не влияет на мое служебное к тебе отношение. И я категорически протестую против того, что ты пытаешься привнести свои личные проблемы в дела фирмы.
— А что еще мне остается думать? Мы совместно вели этот проект. Что изменилось? Крэг работает великолепно, и все промежуточные этапы работы, как мы убедились, полностью завершены.
— Не могу согласиться с тобой, Саймон. Как я уже говорил утром, ситуация на рынке серьезно изменилась. Кроме того, я стал испытывать сомнения в отношении самого Крэга. Я был обязан остановить фирму от неоправданных затрат. Ведь это все вопрос оценки. Ты оцениваешь ситуацию так, а я иначе. Ты ошибаешься, а я прав. Всё. Я больше не желаю продолжать разговор на эту тему.
— Перестань, — сказал я. — Ты мог не соглашаться со мной, но зачем унижать…
— Я сказал, что не желаю продолжать разговор, — повторил он и уставился на лежащие перед ним бумаги.
Мне было что сказать. Гораздо больше того, что уже было сказано. Но Фрэнк не желал слушать.
— Ты сейчас не хочешь говорить, но рано или поздно нам с тобой придется поставить точки над «и», — сказал я и вышел из кабинета.

Бормоча под нос проклятия, я шагал к своему рабочему месту. В коридоре мне встретилась Дайна.
— Выше нос, — сказала она.
— Не могу. Похоже, что я испоганил все, что можно.
— Ничего подобного. Зайди-ка лучше ко мне.
До её офиса было каких-то два шага. Я переступил порог кабинета, и Дайна закрыла за мной дверь. Кабинет Дайны по размерам значительно уступал апартаментам Фрэнка, но был при этом гораздо строже. Сухой, холодный и очень модерновый.
Я тяжело опустился в кресло и прикрыл лицо ладонями. Она свободно села напротив меня на кушетку. На её губах играла улыбка. Сквозь пальцы я видел её длинные, великолепной формы ноги. Лайза права. Эта женщина, действительно, чертовски привлекательна.
— У каждого бывают черные дни, на какой бы фирме он не работал, — сказала она, — и с этим придется смириться. Всё на этом свете приходит и уходит. У тебя было отличное дело с лизингом персональных компьютеров. Пришла очередь дела провального. Теперь все будут следить за тем, как ты себя поведешь. Если сумеешь воспрянуть, ценить тебя станут еще больше.
— Посмотрим, — сказал я. — Да, кстати, благодарю тебя за поддержку.
— Мне показалось, что в твоих словах что-то есть. Поэтому я и высказалась, — улыбнулась она. — А теперь… — Дайна поднялась, подошла к столу и, взяв с него какие-то бумаги, продолжила: — Взгляни на это. Это бизнес план компании «Тетраком». У них возникла идея новых микроволновых фильтров для сотовых телефонов. Технология на первый взгляд выглядит весьма заманчиво. Фирма находится в Цинциннати, и я намерена провести там четверг и пятницу. Ты сможешь полететь со мной?
Я был готов сразу сказать «да» или «конечно», но мною тут же овладели сомнения. Для двухдневного путешествия с Дайной (пусть совершенно невинного) время было явно неподходящим.
— Боюсь, что ничего не получится, — сказал я. — Мне предстоит серьезная разборка с «Нет Коп».
— Брось. Это же всего полтора дня. Мне хочется, чтобы ты подключился к этому проекту. Из нас, как мне кажется, может получиться отличная команда.
Когда один из партнеров приглашает вас к работе над его проектом,