от руки жестокой, расчетливой преступницы, одержимой жаждой крови. Вот она, сидит на скамье подсудимых. Ее имя хорошо нам знакомо. Эшли Паттерсон наконец поймана и изобличена. Подобного рода процессы проходили прежде. В деле “Манн против Теллера”. Тогда вердикт присяжных гласил, что расщепление сознания как явление вообще не существует. В деле “Соединенные Штаты против Уирли” няня, задушившая ребенка, тоже клялась, что страдает расщеплением сознания. Суд вынес ей смертный приговор.
Знаете, мне почти жаль ответчицу. Столько плохих людей живет в одной несчастной девушке. Уверен, никому из нас не хотелось бы оказаться чем-то вроде обиталища безумцев, способных на всякую грязь, не так ли? Меня бы смертельно напугала одна мысль о том, что кто-то внутри управляет мной, как марионеткой, подталкивая на любые гнусности.
Но взгляните на подсудимую! Она совершенно не выглядит испуганной и вполне владеет собой. Настолько, чтобы надеть модное платье, сделать прическу и наложить косметику. Нет, она заранее торжествует в полной уверенности, что вы поверите ее россказням. Эшли Паттерсон уверена, что выйдет отсюда свободной. Но, поскольку никто не может доказать, существует ли в самом деле расщепление сознания, вам придется самим решать, как поступить. Это дело совести каждого.
Защитник заявляет, будто эти чужеродные “я” появляются неожиданно и способны завладеть человеком настолько, что тот не владеет собой и совершенно теряет память. Некая Тони появилась на свет в Англии. Алетт – итальянка. И все это один и тот же человек. Просто все трое родились в разных странах и в разное время. Это вас не смущает? Лично я не знаю, что и думать. Я дал ответчице шанс показать нам своих “заместителей”, но она им не воспользовалась. Интересно почему? Вероятно, потому что их просто нет?
Разве штат Калифорния признает существование деперсонализации как умственного расстройства? Нет. Как насчет Колорадо? Миссисипи? Что говорит федеральное право? В нем тоже нет упоминания о подобного рода недуге. Более того, ни один штат не считает деперсонализацию смягчающим обстоятельством. В сущности, ларчик открывается просто. Леди и джентльмены, защита пытается скрыться за фиктивным алиби, чтобы обеспечить подсудимой удобный способ ускользнуть от правосудия.
Представитель защиты просил вас поверить, что подсудимая не отвечает за свои действия. Он пытается свалить вину за случившееся на неких зловредных призраков, несмотря на то что арестовали и судят только одного человека – Эшли Паттерсон. У нас нет ни тени сомнения относительно того, кто должен понести наказание за смерть троих несчастных. Но эта женщина утверждает, что кто-то на время поселился в ее теле и прикончил невинных людей. Сознайтесь, неплохо, если бы у каждого были такие “заместители”. Всякий раз, когда нам взбредет в голову нарушить закон, можно позволить себе пуститься во все тяжкие, зная, что это всегда сойдет с рук. А может, все наоборот? Может, было бы страшно жить в мире, где царит вседозволенность? Где человеческая жизнь не стоит ни цента? Где страшно выйти на улицу, потому что любой готов убить, ограбить, изнасиловать и искалечить тебя? И свалить все это на мифических личностей, которым взбрело в голову потешиться и удовлетворить свои преступные инстинкты?
Но, слава Богу, у нас пока еще есть закон и порядок! Сегодня мы судим Эшли Паттерсон за убийства, и обвинение просит суд и присяжных вынести ей смертный приговор. Благодарю вас, ваша честь, леди и джентльмены, за терпение и надеюсь на вашу объективность. Микки Бреннан вернулся на место.
– Прошу вас, мистер Сингер. Ваша речь. Дэвид встал, приблизился к присяжным и в который раз вгляделся во враждебные, недоверчивые лица. Кажется, всему конец.
– Я отчетливо представляю, – начал он, – что этот случай – один из самых трудных в истории юриспруденции. Неудивительно, что вы не знаете, чему верить и как поступить по справедливости. Все эти дни эксперты, в знаниях и авторитете которых нет ни малейшего повода усомниться, доказывали, что такой болезни, как