воспроизводить отдельные объекты, а не то комната начинает плавать вокруг тебя. Будешь как пьяный: голову повернешь, а комната закачается.
– И что?
– Пользователей укачивает.
– Прелестно, – вздохнул Сандерс.
– Так что нам пришлось разбирать беговую дорожку и мыть все внутри – Тедди заблевал всю комнату.
– Отменно, Дон.
– А что тут такого? Подумаешь, все уже почистили. – Он покачал головой. – Хотя было бы лучше, если бы Тедди не ел на завтрак мексиканских блюд. Такая невезуха! Все подшипники были забиты маленькими кусочками тортильи.
– Ты знаешь, что на завтра назначен демонстрационный сеанс для людей из «Конли-Уайт»?
– Ну и что? Мы будем готовы.
– Дон, мне не хотелось бы, чтобы их начальство показывало, что съело на завтрак.
– Ты мне поверь, – пообещал Черри. – Мы будем готовы. Им все понравится. Если у фирмы и будут осложнения, то только не с «Коридором».
– Точно?
– Полная гарантия, – ответил Черри.

* * *

Сандерс вернулся в свой кабинет к 10.20 и уже сидел за столом, когда, пришел Гэри Босак. Босак был высоким парнем лет двадцати пяти. На нем были джинсы, кроссовки и футболка с изображением Терминатора. В руке он нес большой, перепоясанный ремнем, кожаный портфель, наподобие тех, что носят в суде адвокаты.
– Вы что-то бледны, – сказал Босак. – Правда, сегодня в этом здании все бледные. Чертовски напряженная атмосфера, да?
– Я тоже заметил.
– Еще бы. Ну что, начнем?
– Конечно.
– Синди! На несколько минут мистер Сандерс занят. Для всех, без исключения.
Босак подошел к двери и запер ее. Затем, весело насвистывая, он выдернул из розетки провод настольного телефона и отключил телефон, стоявший у диванчика в углу. После этого подошел к окну и опустил жалюзи. В углу комнаты стоял маленький телевизор. Босак включил его, затем, раскрыв портфель, достал небольшую пластмассовую коробочку и щелкнул переключателем. На крышке коробочки замигала лампочка, и раздался монотонный шипящий звук. Босак поставил коробку на стол Сандерса. Он никогда не начинал говорить, пока не включал генератор «белого шума», чтобы обезопасить себя от возможности быть подслушанным – большая часть из того, что он собирался сообщить, была добыта нелегальным путем.
– У меня для вас хорошие новости, – сказал Босак. – Ваш парень чист. – Он вытащил манильский конверт, открыл его и начал передавать Сандерсу листки бумаги. – Питер Джон Нили, двадцать три года, в «ДиджиКом» работает шестнадцать месяцев. Сейчас занимает должность программиста в Группе новой продукции. Так, теперь здесь… Его отметки в средней школе и колледже… Анкета из «Дейта-Дженерал», места последней работы. Все в порядке. Теперь последние данные… Справка о кредите из Ти-Эр-Даблью… Телефонные счета с квартиры… Счета за переносной телефон… Банковское подтверждение… Расходы по кредитным карточка за двенадцать месяцев – «ВИЗА» и «Мастер»… Поездки… Послания по электронной почте компании и через сеть Интернет… Билеты за парковку… Самое важное… Гостиница «Рамада Инн» в Саннивейле, последние три визита, телефонные переговоры… Номера, по которым разговаривал… Три автомобиля напрокат, показания спидометров… Радиотелефон в машине, номера телефонов, по которым звонил… Это все.
– И что?
– Я проверил номера, по которым он звонил. Здесь тоже ничего. Много звонков в «Сиэтл Силикон», но у Нили там девушка. Она секретарь, работает в отделе сбыта, жалоб нет. Еще звонил своему брату, программисту из «Боинга». Тот занимается параллельной обработкой данных при разработке профиля крыла. Жалоб нет. Другие звонки – снабженцам и продавцам, все проверено. Никаких звонков в неурочное время. Никаких звонков из таксофонов. Никаких звонков за границу. Никаких сомнительных разговоров. Никаких необъяснимых банковских переводов, никаких дорогостоящих покупок. Нет причин думать, что он собирается поменять место работы. Я бы сказал, что он не разговаривал ни с кем, кто мог бы вызвать ваши подозрения.
– Отлично, – сказал Сандерс. Он посмотрел на лежащие перед ним листы бумаги и замялся. – Гэри… Кое-какие из этих