– Да ну же, Эд, это в самом деле налоговые дела.
– Конечно, я верю вам… Он помахал рукой и пошел по коридору, а Джонсон направилась к своему кабинету. В кабинете она застала Стефани Каплан, которая сидела за столом Мередит и работала на ее личном компьютере. Каплан явно смутилась, когда вошла хозяйка кабинета.
– Простите, что я пользовалась вашим компьютеров Я тут ждала вас и решила, чтобы не терять времени, просмотреть кое-какие бухгалтерские отчеты.
Джонсон швырнула сумочку на кушетку.
– Слушайте, Стефани, – заговорила она. – Давайте расставим точки над «i». Я руковожу этим отделом, и никто не в силах этому помешать. И сейчас для нового вице-президента пришло самое время определить, кто за него, а кто – против. И я это буду помнить. Кое-кто меня поддерживает. Кто-то против меня, и я это тоже учту. Мы понимаем друг друга?
Каплан вышла из-за стола.
– Да, конечно, Мередит…
– Так что не стоит со мной крутить.
– У меня и в мыслях не было, Мередит!..
– Вот и чудненько. Спасибо, Стефани.
– Все в порядке, Мередит…
Каплан вышла из кабинета. Мередит прикрыла за ней дверь и, подойдя к монитору компьютера, стала внимательно просматривать строчки букв и цифр на экране…

* * *

Сандерс шел по коридорам «ДиджиКом» с ощущением нереальности происходящего. Он чувствовал себя чужим. Попадавшиеся ему навстречу сотрудники поспешно отводили глаза в сторону и, ничего не говоря, проскальзывали мимо.
– Я больше не существую, – пожаловался он Фернандес.
– Не берите в голову, – посоветовала она.
Они прошли главное помещение этажа, где люди работали по ячейкам, разделенные перегородками по грудь высотой. Вдогонку им неслись похрюкивания, а кто-то негромко пропел на мотив «Роллинг стоунз»: «Когда-то я ее потрахивал, а теперь все прошло…»
Сандерс остановился и повернулся к певцу. Фернандес поспешно схватила его за руку.
– Не обращайте внимания, – прошипела она.
– Но, черт возьми…
– Не делайте еще хуже.
Они прошли мимо кафетерия. Кто-то приклеил скотчем к стене фотографию Сандерса, и ее явно использовали в качестве мишени для метания дротиков.
– Господи…
– Идемте-идемте…
Свернув в коридор, ведущий к его кабинету, Сандерс заметил Дона Черри.
– Привет, Дон!
– На этот раз ты погано сыграл, Том, – сказал Черри вместо приветствия и, тряхнув головой, пошел своей дорогой.
– Даже Дон Черри…
Сандерс вздохнул.
– Вы же знали, на что шли, – сказала Фернандес.
– Возможно…
– Знали, знали. Так всегда бывает.
Когда они вошли в приемную, Синди встала из-за стола им навстречу.
– Том, Мери Энн просила вас позвонить ей сразу же, как придете, – сказала она.
– Ладно.
– А Стефани просила вас не беспокоиться, она сама нашла то, что ей было нужно. Она просила… э-э-э… не звонить ей.
– Хорошо.
Он вошел в кабинет и закрыл дверь. Сев за стол, он предложил Фернандес присесть напротив. Адвокат срази же достала из чемоданчика свой переносной телефон и набрала номер.
– Давайте сразу же утрясем этот вопрос… Дайте мне, пожалуйста, кабинет мисс Врайз. Это Луиза Фернандес, – Прикрыв ладонью трубку, она шепнула Сандерсу: – Это не отнимет много… А, Элеонор? Привет, это Луиза Фернандес. Я тебя беспокою насчет Конни Уэлш. Угу… Я уверена, что ты с ней поговоришь. Да, я знаю, что она настроена решительно. Элеонор, я только хочу поставить тебя в известность, что располагаю магнитной лентой с записью всех событий, и эта лента подтверждает правоту мистера Сандерса, а не мисс Джонсон… Да, я могу эта сделать. Не для протокола, так сказать… Ну, а что до источника Уэлш, то если теперь, когда фирма несет значительную ответственность, вы напечатаете историю, не соответствующую действительности, – даже если вы получили ее из надежного источника в самой компании, – ничего не останется, как подать на вас же в суд. Да, я абсолютно уверена, что мистер Блэкберн будет судиться с вами. У него другого выхода не будет. Почему бы вам… А, понимаю… Угу… Да, это все меняет… Угу… И не надо забывать, что мистер Сандерс не прочь подать в суд за диффамацию, ничего не дожидаясь, основываясь