траве, может прятаться параболический микрофон.
- Это все, что я имею право сказать. Извините. Вам лучше уйти, Рейчел.
С решимостью в лице она сделала пару шагов по направлению ко мне.
- Никуда я отсюда не уйду. Послушайте, в нашем штате разрешено не производить вскрытие трупа лишь в том случае, если человек умер в присутствии врача. Кто бы ни умер, закон для всех один. А при наличии каких-то подозрений - и подавно.
Ее наивность меня рассмешила.
- Да не будет никакого вскрытия, - сказал я убежденно. - А будет - истинного результата все равно никто не узнает.
- Дэвид, ну что вы такое несете… Мы живем в демократической стране!
- Честное слово, я действительно ничего прибавить не могу. Не стоило говорить даже то, что я уже сказал. Я хотел только, чтобы вы поняли: это не мои больные фантазии, это реальность! Грубая и страшная реальность!
- Почему же вы не можете сказать больше? - спросила Рейчел и тут же сделала останавливающий жест своей изящной ручкой. - Нет-нет, позвольте мне самой ответить… Сказав больше, вы рискуете навлечь на меня большую беду, так?
- Так.
Она насмешливо закатила глаза.
- Дэвид, вы с самого начала потребовали максимальной секретности. Я пошла вам навстречу. Коллегам, которые могли вас случайно встретить возле моего кабинета, я наплела, что помогаю знаменитому Теннанту собирать материал для его второй книги. Ради вас я солгала.
- Я вам очень благодарен, и вы это знаете. Однако если мои подозрения насчет Филдинга верны, то даже наималейшая болтливость с моей стороны может стоить вам жизни. Неужели вы не в состоянии понять такой простой вещи?
- Не понимаю и никогда не пойму. Что у вас за работа такая, которая прямо-таки кишит опасностями?
Я только головой покачал.
- Как в той дурацкой шутке. - Рейчел коротко рассмеялась. - "Правду я вам сказать могу, но тогда мне придется тут же вас убить". Классический пример рассуждений параноика.
- Вы и впрямь верите, что я фантазирую?
Ответ Рейчел был сформулирован предельно осторожно:
- Я верю, что вы верите всему, что говорите.
- Ага, значит, я просто во власти бреда.
- Нельзя же отрицать, что в последнее время вас тревожат галлюцинации! Некоторые из недавних - классические религиозные видения.
- Большинство снов к религии не имеет никакого отношения, - напомнил я Рейчел. - Вдобавок я атеист. Это тоже в рамках психоаналитической классики?
- Нет, соглашусь, случай необычный. Но вы отказались обследоваться по поводу вашей нарколепсии. Или эпилепсии. Даже элементарную пробу крови на сахар и ту не хотите делать!
Должен ли я признаться, что до нее мной занимался невролог, который считается лучшим в мире?
- Все необходимые обследования я прошел на работе.
- Кто же у вас там такой замечательный врач? Физик Эндрю Филдинг? Разве он был заодно и магистром медицины?
Не стерпев ее иронии, я осмелился сделать еще шажок в сторону правды.
- Меня обследовал профессор Рави Нара.
У нее рот открылся от удивления.
- Рави Нара? Нобелевская премия в области медицины?
- Он самый, - брезгливо кривясь, подтвердил я.
- Вы работаете бок о бок с самим Рави Нара?..
- Увы. К вашему сведению, на самом деле этот «гений» - жуткий придурок и подлец. Именно Нара утверждает, что Филдинг умер от инсульта.
У Рейчел был растерянный вид.
- Дэвид, не знаю, что и сказать. Вы действительно работаете с этими суперзнаменитостями?
- Неужели не верится? В конце концов, я и сам более или менее известен.
- Да, вы известны, однако… не в той же степени. Что же вас всех собрало вместе? Над чем вы можете трудиться сообща, будучи специалистами в таких далеких друг от друга областях?
- Да, еще два года назад области нашей работы были и впрямь далеки друг от друга.
- Что вы хотите этим сказать?
- Все, все, Рейчел, возвращайтесь к своим пациентам.
- Встречу с последним сегодняшним пациентом я отменила, чтобы поехать к вам.
- А-а, я нанес вам убыток. Припишите потерянное время к моему счету - я заплачу.
Рейчел густо покраснела.
- Зачем вы меня оскорбляете? Пожалуйста, скажите откровенно,