молодости косвенно, как научный сотрудник, с таким энтузиазмом раздувал и поддерживал, закончится войной горячей и полным уничтожением цивилизации. Ядерного апокалипсиса, впрочем, все же не произошло - но лишь по счастливой случайности. Итак, "ничего не пропускай"…
- Послание Година президенту, - продолжал я, - дало столь же впечатляющие результаты, что и обращение Альберта Эйнштейна в начале Второй мировой войны к президенту Франклину Делано Рузвельту, в котором он рассказал о теоретической возможности создания атомной бомбы - в том числе и немецкими учеными. Реакцией на письмо Эйнштейна стал "Манхэттенский проект" - глубоко засекреченная попытка опередить нацистскую Германию в деле создания ядерного оружия. Результатом письма Питера Година был проект подобного масштаба, только во много-много раз амбициозней.
Проект «Тринити» начинался в Треугольнике науки в Северной Каролине - под «крышей» подставной компании, за которой скрывалось АНБ - Агентство национальной безопасности.
Только шесть человек на планете обладают всей полнотой информации о проекте «Тринити». Теперь, когда Эндрю Филдинг мертв, нас осталось пятеро. Кроме меня, это Питер Годин, Джон Скоу, Рави Нара…
Я вскочил, сжимая в руке револьвер, - кто-то стучал в дверь дома. Сквозь тюлевые занавески я увидел фургон "Федерал экспресс", припаркованный у тротуара. К сожалению, из окна не было видно, кто стоит у двери.
- Кто там? - громко спросил я.
- "Федерал экспресс", - отозвался хриплый мужской голос. - Распишитесь в получении.
Я не ждал никакой почты.
- Письмо или пакет? - крикнул я.
- Письмо.
- От кого?
- М-м… От Льюиса Кэрролла.
Я вздрогнул. Пакет от мертвеца? Только один человек мог отправить мне пакет, назвавшись именем автора "Алисы в Стране чудес". Хулиганистый Эндрю Филдинг. Значит, за день до своей смерти он мне что-то отправил?
Многие недели Филдинг как одержимый искал нечто во всех лабораториях проекта «Тринити» - в том числе и в компьютерах. Похоже, таки нашел. За что его и убили. Вчера в поведении Филдинга я заметил странности, чрезмерные даже для такого знаменитого чудака, как он. Но уже сегодня утром Филдинг выглядел совершенно нормальным, то есть в меру чудным.
- Так будете брать или нет? - спросил мужской голос.
Подняв револьвер на уровень груди, я пошел к двери и левой рукой открыл ее на длину цепочки. Через щель я увидел парня лет двадцати в форме "Федерал экспресс". Волосы стянуты на затылке в короткий хвост.
- Давайте сюда письмо. И на чем расписываться.
- Это цифровой аппарат. Никому не даю.
- Тогда суйте его сюда - не выпуская из руки.
- Псих ненормальный! - бормотнул парень, но все же просунул мне через щель плоскую оранжевую коробку с кнопками и экраном и свисающей на шнурке специальной ручкой.
Я быстро и небрежно расписался на чувствительном экранчике.
- Спасибо.
Парень сунул мне через щель письмо. Я бросил его на диван, закрыл дверь, дождался у окна, когда фургон отъедет, и только после этого опять взял письмо в руки.
"Льюис Кэрролл" написано знакомыми каракулями Филдинга. В плотном конверте - лист бумаги. Когда я потянул его на себя, на руки просыпался серовато-белый порошок. Из-за его цвета в моей голове пронеслось: "Сибирская язва!"
Маловероятно, конечно. Однако только что мой лучший друг скончался при подозрительных обстоятельствах. Попробуй тут не стать параноиком!
Я бросился в кухню и тщательно вымыл руки с мылом. Потом проворно вытащил из шкафа медицинский чемоданчик. Внутри был обычный докторский набор: болеутоляющие и рвотные средства, антибиотики и стероидные мази. В отделении на защелке я нашел то, что искал: упаковку «Ципро», мощного антибиотика широкого спектра действия. Я проглотил одну пилюлю, запил водой из-под крана, затем надел хирургические перчатки. В качестве последней предосторожности я достал из корзины для грязного белья футболку и обвязал ею лицо, защищая нос и рот. Затем сунул сложенный пополам конверт в один полиэтиленовый пакет-зип для быстрой заморозки, а письмо - в другой. Оба пакета я герметично